Когда-то этот фильм
среди молодежи считался таким же культовым, как
“Асса” или
“Игла”.
Потому что был Герой, которого тщетно пытаются найти сейчас. Герой,
который не боится говорить то, что думает и думает не о том, о чем
все говорят. В нем было что-то неуловимо-неповторимое, что
характеризуют и национальный характер, и узнаваемые процессы того
времени социалистического реализма, против которого он, собственно,
и бунтовал-возмущался. В главной роли в “Курьере” снялся Федор
Дунаевский, школьник, никому неизвестный парнишка, которого потом
назовут единственным учеником Сергея Соловьева. Сейчас Федор живет в
Италии. Путь, пройденный от “Курьера” до Римини, не слишком прост,
но и не слишком тернист. Впрочем, у каждого свой путь.
Скажи, Федор, в твоей
карьере присутствовала доля везения или ты можешь отдать должное своему
труду, упорству, образованию?
Упорству - да, а образованию – нет. Актерского образования у меня
никакого, не считая двух лет у Сергея Соловьева во ВГИКе. Была, правда,
и театральная студия в школе, но в ней я был далеко не лучшим. А что
касается труда, то, по-моему, творчество является таковым, только если
талант есть, а сам процесс творения становится каналом выхода
внутреннего заряда. “Пустому” человеку отдавать нечего. Конечно можно
при помощи образования приобрести некую технику и профессиональные
штампы, таким образом избежав фабричного гудка в шесть утра, но
творчества все равно не будет.
Ты делал свою судьбу сам?
Вообще-то, судьбу сделать невозможно. Возможно создать ей благоприятные
условия. С другой стороны, случайность - это хорошо подготовленная
закономерность.
Как же тогда “Курьер”?
В этом как раз и была единственная прихоть случая в моей карьере: со
мной в классе училась Настя Немоляева, она привела меня к Шахназарову на
пробы, почему-то прошел я. После первого фильма предложили следующую
роль, и - вперед.
Тебе близок облик Ивана? Плевал ли ты против ветра?
Мне близок образ Ивана именно потому, что я не воспринимаю его как
человека, плюющего против ветра, как впрочем и себя. Проблема в
направлении ветра. Нигилизмом считается нормальное человеческое
поведение и реакции на абсурдность окружающей действительности. Я не
делаю революций, не занимаюсь политикой. Иногда я просто тихонько говорю,
что король вообще-то голый. Часто получается громко, но это потому, что
в тишине. Мои правила просты и нормальны.
Какие твои простые правила? “Не убий”, “Не укради”?
Да, конечно. А еще, если ты певец, то у тебя должен быть голос, если ты
работаешь в мили-полиции, то ты должен ловить жуликов. Оригинально?
По-моему нормально. Так должно быть.
В “Курьере” ты “выпил” два флакона духов. Что-нибудь подобное
случалось с тобой в жизни?
Духи не пробовал. Вообще, алкоголизм - серьезная проблема, болезнь. Я
выпить люблю, но это целое дело – должна быть специальная еда, компания…
Недоумеваю по поводу распространенного мифа о том, что алкоголь снимает
стресс. Уверен, алкоголь стресс усиливает. Не могу сказать, что это бич
моего поколения, мои ровесники сильно не пили, мимо нас прошла и
наркомания, которая была позже, и алкоголизм, который был раньше. А мы,
середина 80-х, как-то проскочили. В фильме же Иван пьет духи не из-за
того, что выпить нечего, а для эпатажа. А я в жизни либо пользуюсь
другими средствами, чтобы обратить внимание на проблемы, либо просто
наблюдаю и жду, чем дело кончится.
Умеешь ли ты прислушиваться к себе? Веришь своей интуиции? Видишь ли
закрыты или открыты для тебя двери?
Нет, я не умею, много раз пробовал, но ничего не получалось. Думаю, что
надо плыть по течению, но направление выбирать самому. Я обычно в дверь
вхожу, смотрю, ага, в эту дверь мне не надо было, разворачиваюсь и ухожу.
Иду в другую. Мне любопытно все посмотреть, попробовать. А на интуицию я
особенно не рассчитываю. Все мои изменения судьбы, серьезные переломные
моменты возникали по причинам, от меня не зависящим, без особого моего
желания или нежелания.
Почему тебя называют единственным учеником Соловьева?
Не знаю, у него были и другие.
Последний его фильм “Нежный возраст” - тебе по душе?
Более чем. Я видел этот фильм раз двадцать. Купил кассету и смотрю в
Италии. Я знаю и Салют, и про Аслана, да и остальные персонажи-характеры
абсолютно все реальные люди, между прочим. При этом мои отношения с этим
фильмом очень личные, потому что можно сказать, вся эта история во
многом и про меня, и для меня. Я тоже из поколения “ нежного возраста”.
Когда человек меняет свою жизнь на 180 градусов, значит, его более
чем что-то не устраивает. Почему ты поменял свою жизнь? Что не
устраивало? Был недоволен своей работой? Внутренние мотивы?
Разочаровался в советском кинематографе? Захотелось чего-то более
простого и … денежного?
Когда я уехал в Израиль, мне было двадцать лет. Поворота на 180 градусов
не было, была просто смена декораций. Уехал я не по идейным соображениям.
Особенно политикой не увлекался, но гнетущую атмосферу ощущал. Получая
зарплату на Мосфильме, ездил в поездки за государственный счет, в общем,
не бедствовал и за судьбы России не страдал. Просто, в моей жизни все
было как-то слишком просчитываемо. Захотелось понять, насколько мои
достижения были случайны, насколько закономерны. Оказалось, закономерны.
После непродолжительного периода мытья посуды – слава, миллиарды…
Шутка?
Частично. Я стал известным израильским киноактером, работал на радио и в
театре.
В каком театре? Это ведь был твой первый опыт на сцене?
Профессиональный, да. Играл на иврите в камерном театре в Тель-Авиве.
Следующий раз я сменил декорации, когда из Израиля вернулся в Москву для
учебы во ВГИКе. Еще раз, когда уехал в Италию. Не могу сказать что с
целью какой-то наживы или славы, было интересно… Вообще, у меня в жизни
так получается, если я чего-то хочу, то я этого рано или поздно
добиваюсь. Ели сильно чего-то захотеть, то обязательно должно получиться.
Бойтесь мечтать – мечты сбываются.
Есть ли у тебя среди итальянцев друзья?
Нет. Общаюсь с представителями российских компаний, которые живут в
Римини. Среди итальянцев есть несколько знакомых, но я бы не назвал их
друзьями. Вообще, с дружбой сейчас все сложнее и сложнее, с возрастом
все как-то больше сами по себе.
Итальянцы - закрытый или открытый народ?
Очень закрытый при внешней открытости. Ортодоксальный народ,
мононациональное государство, ведь Италия никогда не имела колоний,
никогда не страдала, как Франция от арабов или Англия от индусов и
китайцев. Хотя сейчас Италия начинает страдать из-за приезда большого
количества албанцев, марокканцев и совков всех мастей. Когда я приехал
шесть лет назад в Италию, местные жители рассказывали мне, что
итальянские ботинки – самая лучшая обувь в мире, итальянская пицца –
самая лучшая еда в мире, а когда я им говорил, ребят, может вы слаще
морковки ничего не ели, это всерьез не воспринималось. На мои робкие
замечания, что лучшая мужская одежда делается в Англии, а женская – во
Франции, они не понимали, о чем это я. Шесть лет назад в Италии не
продавалось ничего неитальянского. Вообще, итальянцы всегда жили в
полной уверенности, что у них все самое лучшее. В принципе, это
нормально и мне понятно, элемент здорового патриотизма должен
присутствовать в любой национальной культуре.
Чего боишься? Есть ли у тебя страхи?
Мне присущи все страхи нормального человека 33 лет. Страх одиночества,
нищеты, потери близких, независимости, здоровья. Но со страхами я
предпочитаю дружить. Не могу сказать что я – смелый и отважный, но могу
сказать, что с 14 лет все поступки не были слишком трусливы, потому что
уже тогда я понял, что бояться не имеет смысла. Во-первых, таким образом
ты привлекаешь страхи, они существуют для тех, кто их хочет иметь,
во-вторых, бояться – глупо, не позитивно и не креативно. Страх сам по
себе – разрушительная сила. Если ты вовремя его заметил, поймал,
подружился и разобрался в нем, то можно сказать, что он станет
позитивным и принесет тебе даже пользу.
Любовь? Какая она?
В любовь я верю. Это – чувство. А какое оно, - вечная тема, что ни
скажешь, все банальность.
Считаешь ли ты, что нужно трудиться, чтобы поддерживать любовь?
Душевный труд нужен при общении с людьми. А любовь, она или есть, или ее
нет. И никакими внутренними усилиями ее не поддержишь.
Самый дорогой подарок судьбы?
Жизнь.
Самодостаточность. Эволюция духа, ты работаешь над этим?
Сейчас хочется сделать какие-то телодвижения в направление развития
собственной личности, потому что ее надо все время тормошить, она имеет
склонность засыпать. Лень душевная. Плавно втекает и превращает человека
в обывателя, бюргера. Я сейчас в таком возрасте, что пора завязывать
только отрицать, порицать, критиковать и лажать. Надо начинать искать
позитив в любых проблемах и делать выводы. Надо учиться созидать.
Про что бы ты хотел смотреть фильмы?
Не хватает музыкальных комедий в стиле “Мы из джаза”, таких фильмов
нигде не снимают. Зачем российскому кино превращаться в жалкое подобие
американского или в отсталый придаток европейского? Я имею ввиду, что не
надо боксеру пытаться бороться с каратистом, бокс – это тоже красиво.
Нужны такие фильмы, в которых герой был бы органичен и социально
узнаваем.
Это ностальгия по герою?
Конечно, герой должен быть. Вообще, плохо с героем сейчас. Но в России
шоу-бизнес не стал окончательно только бизнесом и не утратил своей
функции идеологического двигателя, так что ситуация запущена не
окончательно.
Почему ты ушел из российского кино?
После “Курьера”, “Дорогой Елены Сергеевны”, “Трех отважных” никаких
интересных предложений не было. Причем, два последних российских фильма,
в которых я снимался: “Маэстро с ниточкой” и “Трое отважных”, вообще
никто не видел. Правда, недавно в Шереметьево в аэропорту случайно
увидел “Маэстро с ниточкой” и купил кассету. Когда снимали по 120
фильмов в год, то было из чего выбирать. Много снимаешься, выступаешь
перед зрителями. А теперь для того, чтобы быть на виду, недостаточно
только сниматься и выступать, нужно быть в тусовке и мелькать везде, где
получится. В рекламе, теле шоу и т.д. А мне это претит.
Кого бы ты хотел сыграть?
Не знаю, надо рассматривать конкретно. Когда есть какой-то сценарий.
Может быть, иммигранта, почти себя. Хотя сыграть себя, по теории вопроса,
не сможет никто. Или что-то из прошлого. Потому что “мусора” в сериале
мне не хочется играть, по фене ботать, я в реальной жизни ботаю каждый
день, и не чувствую необходимости еще и в кино это делать. Профессия
актера мне нравится, но она очень зависима. Просто профессионально и с
огоньком произносить вслух чужие мысли мне уже недостаточно. Если у
современного кино и есть какая-либо задача, то ее определяет не актер, а
режиссер и продюсер. Режиссером я пока не готов стать в силу
недостаточности жизненного опыта, а вот продюсером, - почему бы и нет.
Значит, хочешь сняться в историческом фильме, современные проблемы в
кино тебя не привлекают?
Для того, чтобы сняться в современном российском фильме и сыграть
русского героя, на какое-то время им нужно будет стать. Мне придется
здесь жить. И не по неделе две раз в два месяца, как я, а постоянно, так
как изменения здесь происходят слишком часто и быстро, я не успеваю их
почувствовать. Нужно даже не поработать в качестве актера, а пожить в
нормальной бытовой жизни, почувствовать ее шкурой. У меня отношение к
ролям в кино штучное и к своему труду уважение присутствует. То есть не
хотелось бы поставить на поток “светлый” образ, созданный, например,
Дмитрием Певцовым.
Многие известные актеры не считают зазорным сниматься и в
телесериалах, и в рекламе, находя в этой работе творчество и интерес.
Прежде всего, наверное, потому что занимаются профессией, а не бизнесом,
как, предположим ты, или Дмитрий Харатьян, Максим Суханов, Антон Табаков.
У меня нет брезгливости и снобизма ни к какой работе. Я сам в жизни
делал многие вещи, в Тель-Авиве работал и посудомоем, и рабочим кухни, в
Москве работал в аэродромной службе. На Мосфильм я пришел, когда работал
санитаром в больнице. У каждого свой выбор, - не все то работа, за что
платят. Мой выбор определяет не сумма денег. Есть друзья и родственники,
мнением которых я дорожу и вынужден с ним считаться. То есть я
однозначно могу сказать, что не хотел бы стать сейчас Мистер “СМАК” или
Мистер “Кнорр”, потому что, честно говоря, мне было бы стыдно. К примеру,
в Израиле я снимался в рекламе, но это была реклама политической партии,
с идейной платформой которой я был согласен, хотя и не являлся членом
этой партии. Но когда мне предложили сняться в рекламе, я прочитал их
программу и согласился. Мне важна прежде всего сделка с собственным “Я”.
Собираешься ли ты возвращаться? Здесь же твой дом.
В принципе, ощущение дома у меня уже давно не связывается с
географическим местонахождением и государственными границами. Где я, там
и дом. А я там, где это кому-нибудь нужно. |